24.05.2022

“И скучно и грустно”

i_010
И скучно и грустно, и некому руку подать
В минуту душевной невзгоды…
Желанья!.. что пользы напрасно и вечно желать?..
А годы проходят – все лучшие годы!
Любить… но кого же?.. на время – не стоит труда,
А вечно любить невозможно.
В себя ли заглянешь? – там прошлого нет и следа:
И радость, и муки, и всё там ничтожно…
Что страсти? – ведь рано иль поздно их сладкий недуг
Исчезнет при слове рассудка;
И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг –
Такая пустая и глупая шутка…

Что бросается в глаза при первом взгляде на текст?

1) Рисунок, графика строф – волнообразная, приливы и отливы; жизнь, поток сознания

Графический рисунок позволяет интерпретировать понятие «жизнь» (начало 11 строки) как единство желаний, любви, души/ веры, страстей (начала 3,5,7 и 9 строк) и – как «шутку» (сильная позиция конца 12 строки и конца стихотворения в целом).

2) Знаки препинания: –, …, ?

Эмоционально-смысловой пласт передается знаками препинания: в тексте преобладают многоточия как знак недоговоренности; тире – знак паузы, раздумья;

риторические вопросы (перемежающиеся «!» и «?»).

Завершение 2-3 строк 1 строфы и 2, 3 строф многоточием позволяет прочтение текста в целом как фрагмента потока сознания и приглашение читателя к соучастию в раздумьях лирического Я о смысле бытия.

3) Отсутствие конкретной дефиниции лирического героя (ни Я, ни ТЫ, ни ОН, …). Вывод о том, что это – все, каждый, любой, находящиеся в данной ситуации.

Форма 2 лица имеет окказиональное/авторское, контекстуальное обобщенно-личное, а не присвоенное ему в грамматике русского языка определенно-личное значение конкретного адресата (в себя ли заглянешь, как посмотришь). Адресат – я, всякий-любой и никто…

4) Сильные позиции:

– Название – начало стиха, вынесенное в название. Эмоциональное состояние как ведущая тема стихотворения, настрой читателя автором.

– Начало стихотворения в целом: И скучно и грустно. Конец стихотворения в целом: пустая и глупая шутка. Пустая и глупая шутка, породившая скуку и грусть? Или ставшая результатом скучающего и грустящего разума? Или шутка, опустошённая множеством повторений (скучна, пуста повторенная неоднократно и уже не смешная шутка, утратившая свежесть). Тема повторения бытия (см. кельты, буддизм).

Шутка – чья? Природы вещей? Общества и опустошающего государственного устройства? Судьбы? Бога? Против всего этого человек бессилен – отсюда общий пессимистический настрой стихотворения.

– Начала и концы каждой строфы: И скучно и грустно…все лучшие годы; любить – ничтожно; что страсти? – пустая и глупая шутка… – эпатаж читателя, отрицание того, что считается общепризнанным.

Лучшие годы – скучны и грустны; любовь – ничтожна (уничижительна, уничтожает, а не созидает); страсти (внутреннее, испытываемое самим человеком) – шутка (внешнее, навязанное человеку извне кем-то, обман).

Ср.: шутка – анекдот, в ХIX вв. анекдот – реальный случай 

в прошлом, но рассказываемый, как правило, третьим лицом, а не самим участником (искаженное восприятие).

5) 1-6 строки стихотворения описывают взгляд изнутри – вовне; 7-12 строки – смена точки зрения (взгляд извне внутрь).

Ощущение безысходности – и внешний и внутренний мир пусты (и скучно и грустно)

6) Много фразеологизмов, но в контексте происходит их деклиширование, они оживают и переосмысливаются (руку подать, годы проходят, на время, заглянуть в себя, смотреть вокруг, …). Возникает даже ощущение иронии (над собой? над миром, в котором не реализуемы даже клише и стереотипы?)

7) Поэт и время – как в данном тексте обозначено время (от инфинитива и наречий, безвременья – к формально настоящему времени/проходят и формально будущему/исчезнет)

Межкультурный контекст: колесо жизни (ср. Ветхий завет. Книга Экклезиаста или Проповедника. Гл. 1. Особенно: «и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем;  О.Э. Мандельштам «Tristia» «Все было встарь, все повторится снова, И сладок нам лишь узнаванья миг»)

Дхармачакра (санскр. धर्मचक्र, dharmacakra  «колесо дхармы», «колесо закона», пали [дхаммачакка]) — символ дхармы, учения Будды о пути к просветлению, освобождению от кармических перерождений в сансаре.(сойти с колеса жизни, уйти от повторений)

Бхавача́кра (санскр. भवचक्र [bhavacakra]; пали भभचक्क [bhavacakka] букв. «колесо взаимозависимого происхождения»), Колесо́ бытия́— воплощение сансары в буддистском представлении, в форме круга (мандалы), буддийское учение о причинности, которое Будда постиг под древом бодхи. Изображённое на мандале колесо трактуется как двенадцатичленная формула бытия, включающее в себя помимо символического изображения 12 звеньев взаимозависимого происхождения также пять местопребываний буддийской космологии и другие астрологические или космологические структуры.

Ср. у кельтов триквестр, трикветр (колесо – треугольник жизни). Трикветр (синий) – часть христианского декоративного символа, обозначающего Святую Троицу.

И скучно и грустно, и некому руку подать
     В минуту душевной невзгоды…
Желанья!.. что пользы напрасно и вечно желать?..
     А годы проходят — все лучшие годы!

Скучно и грустно – не синонимы в контексте данного стихотворения. Скучно – внешнее, грустно – внутреннее состояние лирического Я.

Некому руку подать – объяснение данного состояния одиночеством лирического Я; в контексте русской национальной картины мира – отсутствие близкой по духу личности, порядочного человека (подают руку равным, рукопожатие чести).

Также «подать руку» – протянуть руку, прося или предлагая помощь. Не у кого просить и некому предлагать помощь. Мир прогнил в своих основаниях?

Что пользы напрасно и вечно желать:

напрасно и вечно – контекстуальные взаимодополняющие синонимы

что пользы напрасно

Любить… но кого же?.. на время — не стоит труда,
     А вечно любить невозможно.
В себя ли заглянешь? — там прошлого нет и следа:
     И радость, и муки, и все там ничтожно…

Понятийное ядро текста: «что пользы напрасно вечно… вечно невозможно». Человек, в отличие от природы – преходящ,  у него нет прошлого и будущего, он присутствует сознательно только здесь и сейчас; и оттого его бытие бессмысленно.  Жизнь видится ему как болезнь, как непогода на фоне вечного покоя (эпитеты «душевной невзгоды», «сладкий недуг»), как «шутка» (сравнение; авторство «шутки» в тексте остается непроясненным – божественное или космическое, природное явление).

Вопрос о гармонии с миром (в любви к ближнему, провозглашаемой религией; в страстях, переживаемых обществом; в желаниях, реальных для индивидуума) – риторический.

Любовь, воспетая Пушкиным как 10ая муза («Я помню чудное мгновенье», «Во глубине сибирских руд…»), способная вдохнуть надежду, жизнь, дух творчества в человека, – оказывается сиюминутной и оттого лишенной смысла (исчерпана вера в вечную любовь? Нет никого, достойного вечной любви? Проза жизни в невечности человека и проистекающей из нее преходящести любви?)

Изреченная мысль – противоречива и в слове отрицает самое себя («Желанья! … Что пользы…», «Любить… на кого же?»).

В себя… там прошлого нет и следа:

И радость, и муки, и всё там ничтожно… – варианты прочтения:

– прошлое как век романтизма, теперь уходящий (измельчание его представителей и чувств на закате эпохи; ср. любовь как муза у Пушкина – и как бесполезный миг здесь)

– прошлое как юношеские мечты и стремления лирического Я (не были реализованы им)

– прошлое как история духовных предшественников, идеалов лирического Я (генералы 1812 г., Пушкин) (он не дотянулся до них, не смог достичь их высот как личностей, как творцов). Прочтение прошлого как воспоминания, отсылки к поколению  Пушкина можно подтвердить скрытой цитатой (ситуативной) из «Я помню чудное мгновенье…» – воскрешение угасшего под порывами бурь лирического Я встречей с лирическим ТЫ; но возможное в прошлом, для настоящего это нереализуемо (лирическое Я разочаровано в любви). Продолжение этой темы – ничтожество современной радости и мук (в отличие от чувств минувшего поколения).

Что страсти? — ведь рано иль поздно их сладкий недуг
     Исчезнет при слове рассудка;
И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг, —
     Такая пустая и глупая шутка…

Продолжение темы страстей 1-2 строф (дружба, желанья, любовь, воспоминания – радость, муки) – на уровне обобщения (все страсти).

Сладкий недуг – желанная болезнь, долгожданное страдание (подтверждающее способность лирического Я чувствовать, переживать; подтверждающий то, что лирическое Я еще живо как личность).

Исчезнет при слове рассудка – холодный рассудок, здравый смысл (чувства как недуг, рассудочность как здоровье в современном обществе).

Страсти – рассудок, сладкий недуг – холодное вниманье – контекстуальные антонимы

Жизнь – пустая и глупая шутка (как посмотришь с холодным вниманьем вокруг) – горькая ирония лирического Я над рассудочным отношением к жизни нового поколения. Контрастный образ «сладкого недуга», излечиваемого «холодным вниманием» (компресс разума, положенный на чувства и эмоции, заставляет их заледенеть, застыть; человек же без них мертв, всего лишь глупая и пустая оболочка, шутка природы).

Лирическое я – человек эпохи романтизма, уходящего мира, человек чувств, страстей, а не разума; вокруг него – молодые люди начала эпохи индустриализации, подчиненные закону холодного разума и здравого смысла. Отсюда невозможность «рукопожатия» между ними и лирическим Я, невозможность дружбы, любви в их представителями у лирического Я. Они – из разных миров; и мир лирического Я находится в прошлом (куда нет возврата), а в будущем ему нет места. Он может жить только оставшееся мгновение – сейчас и здесь, на грани чувства и бесчувствия, в отрицании всего (нигилизм).

Взгляд вокруг (некому руку подать, любить но кого же) сменяется взглядом внутрь себя (в себя ли заглянешь, радость, муки, страсти, рассудок) и возвращением ко взгляду вовне (с холодным вниманьем вокруг). Смысловое кольцо замыкается, но скорее – как цепь (многоточия и тире передают в подтексте образ цепи), пока что приковывающая лирическое Я к этой безрадостной реальности. Но цепь можно разорвать…

Здравый смысл – (лат. sensus communis — общее ощущение) — совокупность взглядов на окружающую действительность, навыков, форм мышления, выработанных и используемых человеком в повседневной практической деятельности, которые разделяют почти все люди и которые можно разумно ожидать от почти всех людей без необходимости обсуждения.

Холодный рассудок – Иметь холодный рассудок – значит думать правильно, логично, не поддаваясь эмоциям. Хладнокровно.

 

Мыслю, следовательно, существую (лат. Cogito ergo sum) – Рене Декарт (представитель фундаментального элемента западного рационализма Нового времени, атмосферы свободомыслия и скептицизма, 1637 г.) (Возрождение, XIV-XVII вв.)

Чувствую, следовательно, существую  (Sentio, ergo sum) – эпоха романтизма (конец XVIII – XIX вв.)

Образ бесчувственного мыслителя нового поколения конца ХIХ в. – Штольц, желтый человек; образ человека чувственного – Обломов (роман И.А. Гончарова «Обломов», 1847-1859 гг.)

Стихотворение является одним из лучших образцов философской лирики Лермонтова, в которой поднимается центральная для его творчества тема одиночества, трагического разлада с реальностью, минувшей и грядущей; вневременности состояния потерянности лирического Я (ср. «Смерть», 1830-1831: Между двух жизней в страшном промежутке). Поэт рассматривает самоанализ личности как путь разуподобления человека и природы, а пробуждение разума как сон души, порождающий сиюминутных чудовищ (ср. «Как часто, пестрою толпою окружен…», январь 1840:

Мелькают образы бездушные людей,

Приличьем стянутые маски

вступая в полемику с эпохой Просвещения: «Сон разума рождает чудовищ»  Ф. Гойи, 1797 г.)

Байроновские настроения? (разочарования, конец эпохи романтизма, пробуждение от туманных снов голубого моря, но и отказ от желания бури – ср. 3 периода жизни в стихотворении «Парус»)

«И скучно и грустно» – стихотворение, датированное январем 1840 г. (Лермонтову – 27 лет), относится к позднему периоду творчества поэта. В России – эпоха заката романтизма и начала индустриализации, неприемлемой для человека начала XIX столетия как насилия разума над духом.

Жанр – философская лирика (так как в тексте нет программы или призыва к действию, отнести его к гражданской лирике нельзя). Построено как диалог с самим собой.

Размер: разностопный амфибрахий, рифмовка перекрестная. Рифма глубокая богатая («невзгоды – годы», «рассудка – шутка», «невозможно-ничтожно»). Т.о. происходит выделение ключевых сильных позиций текста, являющих контаминацию смысла произведения.

Особенность данного стихотворения – в видении одиночества не как удела избранных (ср. «Парус» 1832; «Выхожу один я на дорогу», «Листок», «На Севере диком…» – 1841), а как судьбы человечества в целом. Впоследствие происходит фразеологизация выражения «И скучно, и грустно, и некому руку подать» – об одиночестве, отсутствии близких людей (1); «Некому руку подать» (иноск.) – нет друзей, не с кем поделиться горем; некому довериться (2).

Я предполагаю, что всем знакомы чувства грусти и скуки. В данном стихотворении, написанном М. Ю. Лермонтовым, эти слова не являются синонимами. «Грусть» относится к эмоциональному состоянию человека, а «скука» обращается к физическому его бытию.

В поэтическом тексте «И скучно и грустно» лирическое Я ведёт монолог с собой,   реализуя свои представления о ничтожности человечества и жизни.

Лирический герой ощущает не только «грусть и скуку», но и одиночество. Мы можем предположить, что вокруг него нет по-настоящему близкого человека, потому что «в минуту душевной невзгоды» ему «некому руку подать».

Во время прочтения стихотворения мы познаем внутреннюю пустоту/опустошенность лирического Я, например, когда идёт речь о желаниях. Герой считает, что ставить цели и иметь желания в жизни бесполезно. И у нас появляется вопрос: откуда так много негативизма, отрицания положительных сторон бытия? Подсказка – в последней строке первой строфы, где лирический герой говорит: «А годы проходят – все лучшие годы». «Годы» пролетели и остановить или вернуть их невозможно. Молодость лирического я прошла незаметно, принеся только печальный опыт, выжгла его изнутри. Наступило время зрелости, опытности и расставления вешек-оценок.

Лирический герой также не питает иллюзий по поводу любви. Он считает, что «на время» любить «не стоит труда», а «вечно любить невозможно» из-за ограниченности человеческого бытия.

Итак, лирическое Я потеряло веру во всё, что  считается важным для человека: желания, любовь и страсть. Более того, в стихотворении страсть и рассудок ставятся против друг друга как антагонисты; и лирический герой констатирует, что здравый смысл, рассудок намного сильней непродолжительной страсти. Тем самым этот поэтический текст удаляется от традиций романтизма, эмоции у автора больше не на первом месте.

Лирический герой подчеркивает, что человечество ничтожно и никчёмно. По сравнению с размером вселенной, наша жизнь оказывается «пустой и глупой шуткой». Этот поэтический текст — раздумье героя над самим собой и жизнью. Читая, мы проецируем лирическое Я на себя. Из-за того, что текст написан как монолог, и у нас идёт разговор с самими собой.

В этом тексте, есть несколько контрастных тем, таких как: одиночество в толпе, быстротечность времени человека в вечной вселенной, бессмысленность бытия во всех его проявлениях – кроме разума и т.д. Но я считаю, что главная тема этого стихотворения — одиночество и движение в никуда жизни человека. Поэт передает своё видение, формулируя риторические вопросы и сразу же давая на них свой ответ. Он знает смысл в любви, желаниях и страсти, но (во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь” (Еккл 1:17,18)) – сразу же развенчивает миф, указывая на ничтожность чувств по сравнению с осознанием преходящести человека на земле.  

Автор реализует свою связь с читателями через неназванность прямо в тексте лирического Я. Создаётся иллюзия того, что читатель ведет свой монолог, и проецирует прочитанное на себя. Он либо поддерживает мнение, высказанное в поэтическом тексте, либо нет.

Этот поэтический текст, по структуре, напоминает нам элегию. Он построен из трёх четверостиший, и если присмотреться, можно увидеть, что построение строк напоминает нам волны. Волны, которые прибывают и отходят. По-моему, это похоже на грусть, и как она может волнами покрывать нас, приходя и уходя. Также можно увидеть много восклицательных знаков, которые передают силу эмоций. Интересно и то, что в тексте одна точка. Я считаю, что эта точка придаёт особый вес сказанному: как закону или факту, не требующему более доказательств. Или показывает читателю – где она – основная мысль, основной стержень текста; та самая решающая точка отсчета – для его написания.

В конце стихотворения, читателю остаётся возможность размышления обо всех «ничтожных» проявлениях жизни: таких, как любовь, страсть и желания. И принятия своего решения.

В общем, поэтический текст М. Ю. Лермонтова мне понравился. Хотя он и разрушает представления о жизни, в которые я очень хочу верить. Мне, как молодой девушке, хотелось бы верить в вечную любовь и в то, что желания сбываются.